В 1993 году на страницах районки выходила серия публикаций, посвящённых истории родного края. Писал эти работы студент исторического факультета Уральского университета Максим СМАГИН. Хотите ознакомиться с давно забытым материалом? В нём много любопытного.
Продолжение. Первая часть, вторая часть, третья часть, четвертая часть, пятая часть, шестая часть, седьмая часть.
Основание крепости
Теперь уточним вопрос о том, как и из кого формировалось население Кизильской крепости и близлежащих редутов и пикетов. В историческом очерке, вышедшем в 1907 году в Санкт-Петербурге и носящем название «Воинская повинность казачьих войск», мы находим об этом некоторые сведения:
«Для охраны всех этих линий требовался значительный контингент служилых людей. Кроме Самарских, Алексеевских, Уфимских, Исетских, а также Яицких (охранявших нижнее течение Яика) казаков, служба на линии была возложена, первоначально, и на регулярные войска, участвовавшие в Оренбургской экспедиции. В 1743 году для этой цели были переведены на Оренбургскую линию Оренбургский и Уфимский драгунские полки и четыре ландмилицких полка: Алексеевский, Сергиевский, Шешминский и Билярский (первый – пехотный, а все остальные – конные), сформированный в 1731-1732 годах для охраны Закамской линии; привлекались к этой службе и местные инородцы». («Воинская повинность казачьих войск», с. 329).
Это подтверждает сведения Л.И. Рычкова о населении Кизильской крепости в его «Топографии Оренбургской губернии». Читаем далее в Воинской повинности казачьих войск»:
«За время с 1731 г., когда возникла Оренбургская экспедиция, до 1744 г., когда была образована Оренбургская губерния, состоялся целый ряд Высочайших указов о поселении в Оренбургском крае поселенцев самых разнообразных категорий: охотников из яицких казаков, казачьих и дворянских детей из ближайших сибирских городов, живших на Яике беглых крестьян, зачтённых их владельцем за рекрутов, служилых мещеряков-охотников, крещеных татар (нагайбаков), ссыльных, отставных солдат, драгун и матросов, служилых мурз и других служилых людей прежних служб из Казанской и др. губерний, черкасов, т.е. слободских и малороссийских казаков, отставных конюшенных служителей, грузин, валахов и пр.
Итак, строителями Кизильской крепости, как и всей линии, её первыми поселенцами и служилыми людьми были драгуны и солдаты ландмилицких полков. По мере её дальнейшего существования контингент крепости пополнялся другими категориями населения, включая и некоторые из вышеперечисленных. Однако переселение не всегда было добровольным. Так, в 1795 году на Оренбургскую линию, в том числе и в крепость Кизильскую, были сосланы за участие в выступлении против переселения на Кавказскую линию 143 донских казака.
Служба формирования казачества
Первоначальную службу гарнизонную и сторожевую в крепостях Оренбургской пинии, в том числе и в Кизильской крепости, несли регулярные части, которые преобладали над нерегулярными. Такое совместное несение службы позволило руководителям Оренбургского края наглядно убедиться в эффективности казачьей службы.
«В…своих донесениях Неплюев объяснял, в чём заключались преимущества «нерегулярных людей». «Что киргиз-кайсацкие орды, — писал он, — малыми и знатными шайками, почасту воровские подбеги деют, продерзости чинят, всякие пакости делают и сих ветренных народов драгунами поймать не можно, а лёгкие люди надобны, того ради, для показанных резонов казакам не убогим, а добрым здесь быть надлежит и двуконь, огненное ружьё, саблю и копьё добрыя же и крепкия иметь». Пехотные гарнизоны, по мнению Неплюева, «служат единственно к содержанию и защите крепостей, а драгуны, хотя и в разъезды употребляются, но в случае воровских набегов и чрезвычайных предерзостей, в партии налегке, и вскоре посылать их весьма неспособно, потому что они, будучи отягощены ружьем и амунициею, догонять весьма не могут, чему были многие примеры, и что уже сами киргизы ведают. «Весьма убедительным поводом в подтверждение необходимости образования в Оренбургском крае казачьего войска являлось также существование Яицкого войска, вот уже несколько веков успешно боровшегося с кочевниками…» («Воинская повинность казачьих войск», с. 332). Это послужило одним из аргументов при создании Оренбургского казачьего войска.
Продожение следует.
