Туда, где много воздуха

Прежде чем отправляться за границу, нужно увидеть красоты родного края.

Продолжение. Начало в №18.

Следы «архследов»

От Сибая до села Зилаир по трас­се – 113 километров. Если торопи­тесь, выберите объездную дорогу, но мы искали новых впечатлений, а потому проехались по улицам села и спустились к мосту, наслаждаясь видами. Река Зилаир, прибрежные скалы с растущими на них сосна­ми… Раньше это был посёлок Пре­ображенский завод, затем село Преображенское Орского уезда Оренбургской губернии. Совре­менное название – Зилаир – появи­лось лишь в 1925 году.

Туристический указатель инфор­мирует – недалеко находятся Пре­ображенский медеплавильный завод, памятник промышленной архитектуры XVIII столетия, и Спа­со-Преображенский храм, ныне «украшенный» строительными ле­сами (идёт реконструкция церкви). О них стоит рассказать подробнее.

До 1748 года на месте нынешне­го Зилаира были малозаселённые вотчинные места башкир Бушмас-Кипчакской и Усерганской воло­стей Ногайской дороги. С ними-то и договорился младший, но самый предприимчивый из трёх сыновей купца Бориса Твердышева – Иван. В середине XVIII века он владел на Южном Урале полутора десят­ками металлургических заводов, многие из которых дали основание таким городам, как Белорецк, Сим, Миньяр, Катав-Ивановск, Бакал, Юрюзань и другие. В том числе и нынешнему райцентру Башкирии с населением в пять тысяч человек. На реке Урман-Елаир (Зилаир) он начал строительство медеплавиль­ного завода, рассудив, что всё нуж­ное для производства здесь есть: и вода, и березняк. Не хватало лишь работников, поэтому купцу при­шлось покупать крепостных и вы­возить их на Урал. В разгар стройки здесь насчитывалось до двух с по­ловиной тысяч человек, приехав­ших со всех волостей.

Завод поначалу назывался Пре­ображенским, в честь выпавше­го на тот месяц православного праздника. В 1750 году (через два года с первого кирпича!) завод выдал первую медь. В следующие 160 лет Зилаир вместе со своим «селообразующим» предприяти­ем претерпел много чего — вос­стания, пожары, разрушения, заб­вение, продажи-перепродажи, но выплавил-таки в итоге для страны 16 тысяч тонн чистейшего стратегического цветмета. В 1908 году производство здесь было прекращено, за­вод закрыт, а крестьяне – распущены.

История Преображенско­го (Зилаирского) медепла­вильного связана с именами коронованных особ Петра I, Елизаветы, Екатерины и даже царя поэтов А.С. Пушкина, упоминавшего уральского медного короля И. Твердыше­ва в «Истории Пугачёвского бунта». Удивительно, но за 260 лет суще­ствования заводские корпуса уда­лось только частично (!) разрушить или разобрать на кирпичи. Осталь­ное стоит. Вот уж поистине на века строили!

Вторая историческая достоприме­чательность, каменный Спасо-Пре­ображенский храм, появилась тоже благодаря заводу. Построили её в начале XIX века, когда хозяином за­вода был М.В. Пашков, то есть между 1837 и 1846 годами (точная дата не установлена). Центральный колокол, весом 246 пудов, был отлит на заво­де местными мастерами.

Претерпел храм на своём веку немало. В 1961 году у него снесли купол с колокольней, а само здание отдали под кинотеатр. Он трижды горел, высокая температу­ра выжгла все фрески. К службам вернулись лишь спустя сорок лет, но выглядела церковь не очень презен­табельно. 20 лет прихожане пыта­лись отремонтировать храм своими силами, но сумма оказалась неподъ­ёмной. И вот в марте 2021 года на­чалась полная реконструкция храма, деньги на неё в сумме 80 млн. рублей выделят в рамках госпрограм­мы «Развитие культуры и туризма». Первый транш в размере 35 млн. уже переведён.

Специальной бригаде строителей предстоит непростая работа. Восстановить роспись храма в первоначальном виде не по­лучится ввиду отсутствия ар­хивных документов и фото. Во­обще, существует мнение, что Спасо-Преображенский храм Зилаира является уменьшён­ной копией Преображенского Храма Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге. По одной из версий, такая схо­жесть обусловлена тем, что у них был один и тот же архитек­тор.

В здании была уникальная акусти­ка, так что службу можно было услы­шать из любой точки храма. Удастся ли повторить такое звучание, пока неясно. А вот звон колокола точ­но будет слышен за километры от церкви. Его закажут у лучших масте­ров. Пока же прихожане наслаждаются лишь малой звонницей.

Благодаря этим сохранившимся объектам два года назад в Зилаире был проведён республиканский фе­стиваль «Архследы-2019». Рассказал нам об этом работник малой гидроэлектростанции, которую построили на реке Зилаир двадцать лет назад.

— Приезжали, соревновались меж­ду собой. Понастроили объектов, — ответил мужчина на наш вопрос о произошедших переменах (раньше местность выглядела иначе).

В рамках фестиваля, как писали СМИ, было представлено 7 объектов лэнд-арта (лэнд-арт или земляные работы – это течение современного искусства, в котором пейзаж и произ­ведение искусства тесно связаны). У каждого было своё предназначение: мост через реку вёл на «берег гармо­нии», «Дуртонда» символизировала уходящее время, «Театр природы» представлял собой зрительский зал, где в роли декораций выступали во­дохранилище и сама природа Зила­ира и т.д. Кое-что сохранилось и сей­час, например, деревянный мост че­рез реку оригинальной конструкции.

Завод – тут же, рядом, но входить в него не стоит. Мало ли – вдруг кир­пич на голову упадёт? Основатель­ность постройки впечатляет – мы-то привыкли к стенам «картонным», через которые с соседом здоровать­ся можно. А тут такое…

Не с угрозой для жизни

Наш путь лежал в Кугарчинский район – через Баймак, Зилаир и Исянгулово (административный центр Зианчуринского района). В общем, все три района – это и горы, и леса. Но при этом каждый имеет неповторимое «лицо». Даже горы здесь разные! В Зианчуринском районе они похожи на конусы: ровные, аккуратные, будто игру­шечные. Сейчас ещё и подёрнутые свежей майское зеленью.

Как только пересекаешь границу Зилаирского и Зианчурин­ского районов, тебя встре­чает знаменитая дорога, метко прозванная в народе Семиколенкой. Дело в том, что в своё время эта крутая и каменистая дорога делала по ходу семь колен вокруг скалы. Здесь и сейчас мож­но увидеть каменные глыбы уходящих вверх скал, а с дру­гой стороны – обрыв, порос­ший деревьями. Но многие «коленья» дороги сровняли, так что теперь их меньше, всего три или четыре.

Подъезжая к деревне Ку­гарчи, встречаешь неболь­шое Ямашлинское водохра­нилище, где летом любят от­дыхать туристы. Недалеко есть база отдыха, стоит на сваях колоритное кафе. С одной стороны плотину оги­бает трасса Оренбург – Уфа, так что машин здесь хватает. Полюбоваться на окрестности можно, раскачиваясь на установленных на берегу качелях. По крайней мере, мы так и сделали.

Проехав село Тазларово, можно увидеть недалеко от трассы право­славное кладбище, а на нём – не­большую красивую часовню.

Далее следует райцентр. Оста­навливаемся у центрального парка – здесь детская площадка, имита­ция фонтана, скамьи для отдыха, на постаменте – танк как памятник Великой Отечественной войне. Ря­дом, как и в Кизиле, выстроена Ал­лея славы с бюстами шести Героев Советского Союза.

Вообще, первое определение, которое приходит в голову, когда оглядываешься вокруг, – нарядное. Ухоженное и благоустроенное село, приятно глазу. И всё же мы не задерживаемся, ведь наш путь ле­жит дальше – в леса и горы.

Проезжая мимо деревни Туембе­тово, видим красивое здание при­чудливой формы. К своему стыду, впервые узнаём, что в нём располо­жен дом-музей Зайнаб Биишевой, лауреата республиканской премии имени Салавата Юлаева. Она стала первой башкирской женщиной – поэтессой, издавшей сборник сти­хов, драматургом, первой и един­ственной писательницей до сегод­няшнего дня, написавшей трилогию на башкирском языке.

Музей богат экспонатами, кото­рые помогают подробно предста­вить весь жизненный путь писателя (всего их 475). В его экспозициях: буклеты, рукописи, уникальные аудио и видеозаписи, редкие фотографии, письма, книги. Жизнь и творчество 3айнаб Биишевой отражены в 26 фотостендах. В те­чение года музей при­нимает около 2 тысяч посетителей из разных городов и районов ре­спублики и России.

Вот и село Мраково, дорога до которого за­няла у нас часов пять (с остановками). Рас­стояние от Сибая – 250 километров. От него до конечного на сегод­ня пункта – Скалы трёх вождей – ещё 50 кило­метров. Находится она в верховьях главной башкирской реки – Агиде­ли, в заповедном национальном парке Южного Урала. Чуть выше от неё — пещера Шульган-таш (Ка­пова), про которую мы уже писа­ли. Своё название скала получила благодаря тому, что в 1979-1980 годах художники Татьяна и Булат Рахимовы изобразили на ней трёх основоположников коммунизма – Ленина, Маркса и Энгельса. Можно спорить о целесообразности такого творческого проекта, но факт оста­ётся фактом. «Полотно» размером 50х70 метров за 30 с лишним лет сильно пострадало от ветра и влаги, порода разрушилась, и последние два вождя уже выцвели, однако Ле­нин до сих пор отчётливо виден.

Но убедиться в этом нам не уда­лось. Почему? Да потому что пу­тешествия стоят многих жертв, но не жизни. А ей, пусть и не явно, но угрожали. Кто? Об этом я расскажу в следующий раз.

Альбина БАЙГИЛЬДИНА, корреспондент, фото автора.

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии