Каждый год, по традиции, в канун празднования Дня Военно-морского флота основатель «Морского братства» Валентин Дмитриевич Лыков приводит к нам в редакцию своих земляков, служивших в разные годы на флоте.
На этой неделе он познакомил с бывшим моряком-подводником Жанибеком Адильбековичем Жакеновым.
— В этом году у меня сразу два юбилея: 50 лет, как живу, и 30 лет со дня окончания службы. За это время я стал гораздо крупнее, в дембельскую форму давно не влезаю, но бескозырку и ремень надеть могу, — улыбается Жанибек.
Действительно, сейчас трудно представить себе такого богатыря в узких переходах подводной лодки, но тогда, в далёком 1994 году, паренёк из степного посёлка Мусин оказался вполне подходящим для несения службы на подводном судне.
— Я до последнего момента не знал, куда попаду, — вспоминает он. — Повезли на Дальний Восток. Когда прибыли на место, стали испытывать нас, в том числе и на барокамере. И вот после этого сказали, что берут на подлодку. Моря я раньше не видел, но всё детство провёл на Урале, плюхался и купался в воде, плавать умел. Форма морская мне нравилась, поэтому ничуть не расстроился. Тем более, что и мой старший дядя Чернияз Садыков служил на Северном флоте моряком-подводником. Первые три с половиной месяца провели в «учебке» во Владивостоке, потом перебросили в Петропавловск-Камчатский, оттуда – в бухту Финвал, в посёлок Бечевинка. Там и проходила служба, в отдельной бригаде дизельных подводных лодок. Меня определили на «Варшавянку». Вначале был простым мотористом, а к концу первого года дослужился до командира отделения мотористов (в подчинении было три человека). Мы занимались обслуживанием и ремонтом двигателей. Я ведь до армии работал трактористом, в технике хорошо разбирался, можно сказать, меня в армию прямо с поля забрали. Вот и пригодились на службе навыки.
Конечно, при первом погружении было как-то не по себе – замкнутое пространство, сырость. От разницы температур образовывался конденсат, везде капала вода, и это поначалу беспокоило – вдруг лодка протекает? Но потом привыкаешь. Каждые 50 метров при первом погружении по традиции приходилось пить забортную воду из плафона. Со старослужащими, кстати, проблем не было: обучили нас всему и ушли домой. Так получилось, что до нас полтора года туда вообще не призывали. Времена сложные были в стране. Но при этом кормили нас очень хорошо. Однажды, когда у кока был день рождения, я вызвался приготовить обед. Сварил гречку с мясом, на первое – щи. Вроде нормально получилось, экипажу понравилось. А так – несли службу в своём четвёртом отсеке, заступали на боевые дежурства, выходили в море на учения. Нужно было попасть в мишень и тихо уйти от противника. Однажды нас два дня не могли обнаружить, пока кок не загремел посудой. Запомнился мне парад 9 Мая в Петропавловске, где мы стояли со своей лодкой, встречали гостей. Они интересовались, как проходит служба.
Домой я вернулся другим человеком. Служба на флоте приучила к порядку, дисциплине, я научился уважать старших. Все морские традиции соблюдаю до сих пор, всегда звоню и поздравляю с праздниками своего командира, он сейчас живёт в Санкт-Петербурге, на пенсии, но продолжает заниматься морским делом. Теперь вот с земляками будем собираться у нового мемориала, который открыли в прошлом году в Богдановке.
…После службы Жанибек вернулся в родной посёлок, работал опять трактористом. А потом решил для себя: большому кораблю – большое плавание. И стал ездить на вахту в Хабаровский край. Там он работает в карьере меднорудной компании на огромном самосвале грузоподъёмностью 186 (!) тонн. Одно только колесо диаметром 4 метра! До этого были 130-тонники, «БелАЗы». Такая вот серьёзная работа для серьёзного уральского парня, получившего в своё время хорошую морскую закалку.
Татьяна ИВАННИКОВА,
корреспондент, фото автора и из архива.
