30 октября – День памяти жертв политических репрессий

 

Немного истории

 

Впервые День политзаключенного (так называлась раньше эта дата) в Советском Союзе отметили 30 октября 1974 года. Идея принадлежала астрофизику-диссиденту Крониду Любарскому, находившемуся в то время в лагере. Ему удалось распространить свой замысел по другим тюрьмам и колониям, и в назначенное время заключенные нескольких мордовских и пермских лагерей зажгли свечи и объявили голодовку. Участники акции протестовали против статуса «уголовников» и требовали, чтобы их признали политзаключенными; кроме того, они хотели добиваться всеобщей политической амнистии и отмены принудительного труда в колониях.

В этот день в Москве в квартире Андрея Сахарова правозащитник Сергей Ковалев и другие инакомыслящие собрали пресс-конференцию, на которой рассказали о проходящей в лагерях акции. 

Сергею Ковалеву эта пресс-конференция стоила нового уголовного дела – уже 28 декабря 1974 года он был арестован по обвинению в антисоветской агитации и пропаганде. В 1975 году Ковалев был приговорен к семи годам лишения свободы и трем годам ссылки.

Уличные акции в честь Дня политзаключенного стали возможны в СССР только с началом перестройки. Государство официально признало эту дату в 1991 году: постановлением Верховного совета РСФСР 30 октября было объявлено Днем памяти жертв политических репрессий. 

Шестой том Книги Памяти, объем которого 430 страниц, является продолжением первых пяти томов, которые были изданы в период с 2009 по 2015 годы, и приурочен к очередной годовщине Дня Памяти жертв политических репрессий. В шестой том включены сведения о трех тысячах наших земляков, которые были раскулачены, осуждены, расстреляны, воспоминания современников, а также фотографии, документы. Кроме того, в книгу вошли сведения о тех, кто «стряпал» и «шил белыми нитками» уголовные дела на металлургов, работяг, крестьян, спецпереселенцев. Это руководители Магнитогорского городского и областного управлений, районных отделов НКВД, чьи действия отправили в мир иной десятки тысяч людей, оставив без средств существования жен и детей малых… 

Возвращенные имена

Счет безвинно пострадавших и восстановленных имен жителей Кизильского района идёт не на десятки, а на многие сотни.

Приведём несколько примеров из шестого тома Книги Памяти.

Николай Филиппович Бутаков – уроженец и житель поселка Сыртинский. В настоящее время стали известны многие эпизоды жизни Николая Филипповича до революции 1917 года и после неё, до ареста и после. Дело, по которому проходил Николай Филиппович, было групповое. Все 8 человек, которые по нему проходили, были жителями одного села. Следователи ПП ОГПУ по Уралу не были лишены фантазии, беспринципности и из элементарных бытовых разговоров малограмотных крестьян делали выводы Вселенского масштаба, якобы их возможные действия могли угрожать существованию социалистического строя, народной власти и государства. 

Илья Павлович Акашев – уроженец и житель поселка Ершовский.

Уголовное дело было открыто в 1933 году. Время было непростое: самый разгар борьбы сторонников и противников коллективизации. Чтобы окончательно усмирить противников было решено устроить им «показательную порку». Вместе с Ильей Павловичем по этому делу проходили ещё несколько односельчан: Харитон Прохорович Меньшенин, Григорий Васильевич Акашев, Дмитрий Иванович Резепкин и Сергей Федотович Широков. Все они с семьями отправлены на спецпоселение в город Карабаш. 

Судьбу не всех фигурантов этого дела и членов их семей удалось определить. Известно лишь, что Д. И. Резепкин, к примеру, в 1937 году приговорен к 10 годам лишения свободы. О судьбе И. П. Акашева подробно рассказано в шестом томе.

Никифор Степанович Ведерников, 1906 года рождения, житель села Кизильского. До ареста (8 октября 1937 года) работал управляющим Кизильского глубинного пункта «Заготзерно». Зерно принимали всё, в том числе и зараженное клещом – такое было письменное распоряжение межрайконторы. Кроме того, даже несмотря на то, что его проветривали и просушивали, оно перегревалось. Таким образом, повышенная степень важности и заражённость привели к гибели урожая. 

Нужно было срочно найти и наказать «виновных». В данном случае Кизильский  РК ВКП(б) исполнил роль «обслуги» карательного органа. Полагаю, что Кизильский РО НКВД поручает райкому партии разобраться со своими членами. Судя по протоколу партийного заседания, райкомовцы буквально растоптали своего соратника. Вот формулировка постановления бюро РК партии:  «За вредительские действия в хранении зерна, за засорение аппарата классово чуждыми элементами Ведерникова из кандидатов в члены ВКП )б) исключить, с работы снять и отдать под суд». Ну, а  далее – аресты.

24 июля 1940 года принято постановление о начале повторных следственных действий.

Сравнивая протоколы допросов 1937 и 1940 годов, невольно приходишь к выводу, что «ребятам» из районного отдела НКВД начальники сверху пригрозили пальчиком и сказали: «Вы не правы». 

Протоколы 1940 года носят общий характер, абсолютно невинные и ничего не значащие. Причем, имеются показания многих свидетелей, которые положительно оценивают осужденных. И через два месяца, 20 сентября 1940 года, было принято постановление о прекращении уголовного дела. Всё это время осужденные находились в Магнитогорской тюрьме. В течение двух дней – с 23 по 25 сентября 1940 года – оправданные были освобождены и вернулись к своим семьям. Три года переживаний, три года мучений, три года выживания как для осужденных, так и для их семей, три года неопределённостей…

* * *

 

Книг по данной проблеме в области нет, а в том варианте, в котором представлены Книги Памяти, опыта нет и в России. И не случайно книга рекомендована школьникам в качестве справочного пособия для исследовательской работы. Необходимо отдать последний долг людям, от которых в известных учреждениях не осталось ничего кроме папки со следственным делом под грифом «секретно». Мы, живущие ныне, нуждаемся в том, чтобы еще и еще раз вспомнить о событиях прошлых лет, ибо народ, забывающий свою историю, обречен повторить вновь ее роковые ошибки.

Это не должно повториться!

«Готов выехать в Кизильский район для проведения презентации Книг Памяти и проведения модульных курсов для учителей общественных дисциплин, краеведов, работников библиотечной системы.

Книги Памяти до настоящего времени не дошли до сельских муниципальных библиотек. Выражаю надежду, что представители бизнеса, власти, все те, кто неравнодушен к судьбам наших земляков, прошедших круги ада сталинизма, предпримут меры для пополнения книжного фонда библиотек сельской местности«,  —  говорит автор книги Г. Васильев.

P.S. по всем вопросам вы можете связаться с автором проекта по телефонам: 8(3519)285884, 8-9030903275 или по E-mail: repressii-mag@mail.ru

Посетите сайт: http://knigi-pamyti.ucoz.ru/

0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии